УВАЖАЕМЫЕ ЧИТАТЕЛИ!

Конечно, о Зощенко следовало бы писать только тем, кто давно и хорошо его знал, дружил с ним долгие годы, кому действительно есть что о нем рассказать. Уж слишком суесловили о нем люди, совершенно его не знавшие и не понимавшие. Нет, я имею в виду даже не самые трудные времена для Зощенко. Я сейчас говорю о вполне благополучных годах, когда популярность его была высока, выше, чем у многих его коллег.
Пожалуй, ни о ком другом не существовало таких разноречивых мнений и как о писателе и как о человеке. Можно, скажем, легко понять , почему наивные души, не искушенные в тонкостях литературных оценок, считали его всего лишь развлекателем, смехачом, но ведь подчас чуть ли не такого же мнения придерживались профессиональные критики, люди большой культуры.
Меня когда-то до крайности удивило и огорчило то, что написал Луначарский в журнале «30 дней» : он прямо, без обиняков отдал предпочтение тонкому, интеллигентному юмору Ильфа и Петрова перед «грубоватым» Зощенко. Откровенно говоря, меня огорчило не столько это суждение. ( ошибиться может любой, самый умный, самый образованный критик), сколько то, что Ильф и Петров, эти превосходные и талантливейшие люди, преклонявшиеся , насколько я знаю перед Михаилом Михайловичем , многим ему как писатели обязанные. могли промолчать, не оспорить это обидное и неверное сравнение.
И вообще, к чему умалять достоинства одного, чтобы- пускай заслуженно- похвалить других?
Впрочем, Зощенко был настолько великодушен, что неловкая фраза в предисловии к «Золотому теленку» ничуть не испортила его дружбы с авторами этого прекрасного романа. Другое дело, что он не мог не видеть , как несерьезно относятся к его книгам иные серьезные критики. Правда, первые его вещи сразу заметили и , с легкой руки Горького, высоко оценили. Сам Горький и дальше был внимателен к Зощенко, писал ему восхищенные письма, которые мы прочитали много позже; в интересе же литературной критики к Зощенко наступил многолетний перерыв. Лишь после долгой раскачки , где-то в конце тридцатых годов, нашлись исследователи его творчества, причем, исследователи, преимущественно молодые- Евгения Журбина, Цезарь Вольпе, Анна Бескина,- маститые так и не снизошли. Недаром те же Ильф и Петров в фельетоне «Литературный трамвай « через каждые несколько строк повторяли грустную фразу: «А о Зощенко опять не пишут…»
О Зощенко- человеке в широкой публике гуляли ложные представления. Может быть как раз потому, что его популярность у массового читателя была огромна, в том числе среди тех, кто и книги-то не брал в руки, слышал его рассказы только с эстрады или в устном изложении случайного собеседника- в бане. в вагоне, в очереди к парикмахеру,- автор этих смешных историй скоро стал личностью, с одной стороны, почти нарицательной. с другой- почти легендарной. Его частной жизнью интересовались, рисовали себе его облик, характер, привычки, и , по большей части, ошибались , представляя его себе таким, каким он и отдаленно не был.

Страницы 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12